«Дресс-код» для русских мозгов
Jan. 24th, 2011 12:12 pmМногообещающая тема национального дресс-кода, поднятая РПЦ, была творчески переосмыслена и расширена целой когортой блоггеров:
dm_krylov,
kosarex ,
pioneer_lj,
krylov,
holmogor и др. Суть в том, чтобы распространить «дресс-код» еще и на русские мозги. Дабы не множить пустые споры по второстепенным вопросам, русские должны табуировать для обсуждения ряд спорных исторических тем: Ленин и Мавзолей, белые и красные, отношение к Сталину и Власову, и т.д. (у разных блоггеров набор тем несколько отличается). И тогда наступит счастье: русский народ, более не разделяемый ненужными дискуссиями, превратится в единый кулак и покажет «кузькину мать» своим врагам.
Идея не столь плоха по своему посылу, тем более, что проблема, которую таким образом пытаются решить, находится на первой позиции в моем личном списке русских проблем. Но ради справедливости следует сказать, что первым об отношении к «гнилым темам» заговорил Галковский, и сделал это гораздо тоньше и политичнее, чем нынешние «молчальники». А вот у них в самой постановке вопроса остается некоторый неприятный осадок. Особенно если учесть, что указанные полит-блоггеры сами не один десяток раз касались «запретных тем» и обсмаковали их во всех нюансах. И вот, допустим, приходит человек «на новенького», хочет изложить свою позицию по одной из этих тем, и вдруг слышит окрик: «Молчать, провокатор! Базар закончен! Интернет – не место для дискуссий!»
Позвольте полюбопытствовать, господа, если у нас теперь уже и Интернет – не место для дискуссий, то где тогда место для дискуссий? Неужели снова в Думе? Понятно, что такого рода табу уместно только для авторов, «профессионально зациклившихся» на этих темах, либо для тех, кто имеет доступ на радио, телевидение, в массовую прессу. Вообще, проблема русской интеллигенции не в том, что она тратит время на обсуждение второстепенных «паразитных» тем, а в том, что она не способна вести диалог по важным и актуальным темам. И вместо того, чтобы добиваться согласия по этим важным темам, люди сооружают заглушки для мозгов, – о чем можно, а о чем нельзя рассуждать русскому народу в своих блогах. Народ сегодня ждет от своей интеллигенции совсем иных инструкций: не запретительного консенсуса «о чем молчать в тряпочку», а позитивного консенсуса по плану действий: «что нам все-таки делать здесь и сейчас». «Мавзолейное водное перемирие» само по себе не порождает консенсуса по более актуальным вопросам, и это видно по тем авторам, которые в него включились. ( Read more... )
Идея не столь плоха по своему посылу, тем более, что проблема, которую таким образом пытаются решить, находится на первой позиции в моем личном списке русских проблем. Но ради справедливости следует сказать, что первым об отношении к «гнилым темам» заговорил Галковский, и сделал это гораздо тоньше и политичнее, чем нынешние «молчальники». А вот у них в самой постановке вопроса остается некоторый неприятный осадок. Особенно если учесть, что указанные полит-блоггеры сами не один десяток раз касались «запретных тем» и обсмаковали их во всех нюансах. И вот, допустим, приходит человек «на новенького», хочет изложить свою позицию по одной из этих тем, и вдруг слышит окрик: «Молчать, провокатор! Базар закончен! Интернет – не место для дискуссий!»
Позвольте полюбопытствовать, господа, если у нас теперь уже и Интернет – не место для дискуссий, то где тогда место для дискуссий? Неужели снова в Думе? Понятно, что такого рода табу уместно только для авторов, «профессионально зациклившихся» на этих темах, либо для тех, кто имеет доступ на радио, телевидение, в массовую прессу. Вообще, проблема русской интеллигенции не в том, что она тратит время на обсуждение второстепенных «паразитных» тем, а в том, что она не способна вести диалог по важным и актуальным темам. И вместо того, чтобы добиваться согласия по этим важным темам, люди сооружают заглушки для мозгов, – о чем можно, а о чем нельзя рассуждать русскому народу в своих блогах. Народ сегодня ждет от своей интеллигенции совсем иных инструкций: не запретительного консенсуса «о чем молчать в тряпочку», а позитивного консенсуса по плану действий: «что нам все-таки делать здесь и сейчас». «Мавзолейное водное перемирие» само по себе не порождает консенсуса по более актуальным вопросам, и это видно по тем авторам, которые в него включились. ( Read more... )